Книга о бухгалтерском учете

В январе 2002 года меня пригласили выступить с лекцией перед небольшой группой видных бизнесменов в Финиксе, штат Аризона. После лекции старший вице-президент крупного регионального банка спросил меня:

— Я слышал, что в мире продано больше 11 миллионов экземпляров вашей книги «Богатый пана, бедный папа» и что она переведена более чем на 35 язы­ков. Это правда? Кивнув, я сказал:

— Да, и число продаж продолжает расти. «Богатый папа, бедный папа» сто­ит в списках бестселлеров «New York Times» и «Wall Street Journal» уже много лет. А вы читали эту книгу?

— Нет, не читал, — вежливо ответил он. — Расскажите, о чем она.

— Это книга о бухгалтерском учете, - сказал я с улыбкой.

— Что? — изумился банкир. — Как может книга об учете стать всемирным бестселлером? Это нонсенс. У меня самого диплом экономиста, и я знаю, что бу­хучет никогда не может быть темой бестселлера.

За несколько минут я рассказал ему историю бедного и богатого папы. Я объяснил, что мой бедный папа был пропагандистом всемирной грамотности, а богатый папа пропагандировал финансовую грамотность. После пересказа сю­жета книги я спросил банкира:

— Какая часть ваших клиентов неграмотна в финансовом отношении? Банкир покачал головой, улыбнулся и ответил:

— В финансовом отношении некоторые из моих клиентов очень даже гра­мотны. Многие из самых богатых клиентов очень хорошо подкованы в финан­совых вопросах. Но большинство понятия не имеет о том, что такое финансо­вый отчет, не говоря уже о бухгалтерском учете. Многие из них делают большие деньги, но понятия не имеют, что делать со своими деньгами. Выходит, что вы правы. Многих из тех, с кем я встречаюсь, никак нельзя назвать финансово гра­мотными.

Те из вас, кто прочел «Богатого папу, бедного папу», знают, насколько осно­вы учета — отчет о доходах и балансовая ведомость — были важны для моего бо­гатого папы. Он часто повторял: «Без отчета о доходах и балансовой ведомости вы никогда не поймете разницы между активом и пассивом». В «Богатом папе, бедном папе» самые громкие протесты вызвала идея того, что ваш дом не явля­ется активом. В большинстве случаев дом человека — это статья пассивов. На этом месте некоторые откладывают книгу и отказываются читать дальше. Мой богатый пана никогда не говорил не покупать дома—более того, он приветство­вал домовладение. Он говорил лишь о том, что мы должны понимать разницу между активом и пассивом. Ведь слишком многие постоянно испытывают фи­нансовые трудности просто потому, что покупали пассивы, которые считали ак­тивами.

—Так как же может книга об учете быть настолько популярной? — спросил банкир.

Я с улыбкой ответил:

— По правде говоря, эта книга также об умении вести учет самому.

—Вести учет самому?—переспросил банкир.—А зачем вести учет самому?

— Во-первых, понимание бухгалтерского учета дает мне контроль над мои­ми финансами и моим будущим. Я могу вести собственные дела сам и мне не нужно, чтобы кто-то другой занимался моими инвестициями. Во-вторых, лич­ное ведение учета означает, что я не позволяю людям лгать мне.

— Лгать вам? Что вы имеете в виду под словом «лгать»?

— Да взять хотя бы этот случай с «Enron».

— О, — улыбнулся банкир. — Теперь я все понял. Как вам отличить настоящее золото от золота дураков? Уоррен Баффет, богатейший инвестор Америки, считает понимание учета формой самозащиты. Вот что он сказал по этому поводу:

Когда менеджеры хотят предоставить вам полную картину состояния дел в компании, это можно сделать с помощью данных бухгалтерского учета. К сожалению,

когда они хотят вас одурачить, по крайней мере,

в некоторых отраслях бизнеса, это тоже можно сделать

с помощью данных бухгалтерского учета. Если вы

не можете распознать разницу, вам нечего делать

в бизнесе ценных бумаг.

Когда выплыли на свет махинации в «Enron», мне часто стали задавать воп­рос: «Что такое проформа или условный учет?» (эти методы учета практикова­лись в «Enron»). Богатый папа сказал бы: «Условный учет — это бухгалтерский отчет, который должен начинаться со слов: «Давным-давно, в тридесятом царстве...», или «В идеальном мире...», или «Если все пойдет по плану...»».

В 1999 году, на пике фондового бума, меня пригласили в одну школу высту­пить с лекцией о том, насколько важно обучать молодежь финансовой грамот­ности. Учитель поднял руку и гордо произнес:

— В нашей школе мы проводим обучение финансовой грамотности. Мы учим детей тому, как нужно выбирать акции.

— А вы учите их сначала читать годовые балансы и финансовые отчеты? — поинтересовался я.

— Нет. Я только даю им читать обзоры аналитиков рынка. Если аналитики дают акциям рекомендацию покупать, мы покупаем, а когда они рекомендуют продавать, мы продаем.

Не желая произвести неприятное впечатление, я просто улыбнулся и спро­сил:

— Ну и как у них дела? Он расцвел:

— В среднем их портфели выросли более чем на 20 процентов.

Я выдавил из себя улыбку и поблагодарил его за обучение. К слову обуче­ние я не добавил ни слова, потому что не хотел ничего говорить о своих опасе­ниях насчет того, кем он учит быть этих детей.

Накануне скандала с «Enron» 16 из 17 биржевых аналитиков давали акци­ям этой корпорации рекомендацию «покупайте».

Когда Уоррен Баффет говорит: «Если вы не можете распознать разницу, вам нечего делать в бизнесе ценных бумаг», — он имеет в виду, что если вы финансово неграмотны, то вам не следует заниматься ценными бумагами. Богатый па­па сказал бы по этому поводу: «Заниматься ценными бумагами, не научившись сначала читать финансовые отчеты компаний, — это азартная игра, а не покуп­ка акций». По его мнению, закон ERISA заставил миллионы людей стать игро­ками, подвергающими риску свою будущую финансовую безопасность. Вместо того чтобы заполнить свои финансовые ковчеги настоящим золотом, эти люди всю жизнь доверяли обманщикам и загружали свои ковчеги золотом дураков. Поэтому проблема всемирной финансовой неграмотности выходит далеко за рамки скандала с «Enron» и «Arthur Andersen».

«Богатый пана, бедный папа» — это книга о бухгалтерском учете, но в то же время это книга об умении вести учет. Поскольку вопросы учета продол­жают всплывать в связи с такими компаниями, как «Enron», «Worldcom» и «Xerox», становится понятно, что основам умения вести финансовый учет, а не просто иметь понятие об учете, по-прежнему не придается значения.

Для учета пассивов компания «Enron» использовала так называемую «аг­рессивную отчетность». Другими словами в своих финансовых отчетах она не все пассивы показывала правильно, подобно тому, как человек не желает по­казывать в своем финансовом отчете все долги по кредитным карточкам. Это просто плохая отчетность, это неумение вести учет.

После финансового краха «Worldcom» нам следует сравнить определение активов, данное богатым напой, с общепринятым «банкирским» определени­ем. Богатый папа говорил нам, что активы приносят деньги в наш карман. Когда расход «капитализируется» (переносится в колонку активов), а затем со временем амортизируется или уменьшается в размерах (постепенно спи­сывается), он увеличивает активы и уменьшает расходы. Но, как вы помните, богатый папа говорил нам, что актив должен приносить деньги в наш карман. От превращения расхода в актив денег в вашем кармане больше не стано­вится.

Как могли сообразительные аналитики не заметить изъянов в отчетности «Worldcom»? Пока эта махинация в отчетности размером почти в 4 миллиарда долларов остается самой крупной, но каждый день появляются все новые обви­нения в мошенничестве. Похоже, что внимательное изучение отчета о финансо­вом потоке могло бы выявить эту порочную практику переквалификации расхо­дов в активы. В основе махинации лежало стремление увеличить доходы (путем уменьшения расходов) и увеличить активы — в то время как деньги утекали из компании! Многие аналитики и экономисты слишком полагаются на учет по методу начислений, отражающихся в отчете о доходах и балансе, где «Worldcom» завышала свои доходы и активы. Уоррен Баффет в годовом отчете «Berkshire Hathaway» за 2001 год заявил: «Когда компании или профессиональ­ные инвесторы используют умные слова, такие как «EBITDA» (прибыль до уп­латы процентов, налогов и амортизации) или «проформа» (условная финансо­вая отчетность), они хотят, чтобы вы бездумно согласились с концепциями, в которых содержатся опасные недостатки. (В гольфе, с точки зрения проформы, мой результат часто хуже пара — поэтому у меня есть серьезное намерение «ре структурировать» свой завершающий удар и таким образом засчитывать только те удары, которые я произвожу, пока не попаду на грин.)». Далее в том же докладе Баффет развил свою мысль: «Все, кто верит, что показатель EBIT-DA хоть в каком-то отношении отражает истинные доходы, могут взять на себя оплату счета».

Собственно говоря, отчет о денежном потоке составляется в числе послед­них отчетов, включаемых в пакет финансовых документов. Похоже, экономис­ты привыкли начинать с двух известных цифр, начальной и конечной сумм, а вес остальное напоминает составление мозаики до тех пор, пока не получится правдоподобное объяснение разницы. Интересно, мог бы тщательный анализ отчета о денежном потоке предотвратить нарушения отчетности в сегодняшней корпоративной Америке?

Является ли компания хорошей инвестицией? Ответ показан на примере рассмотрения всех частей каждого финансового отчета — баланса, отчета о до­ходах и особенно отчета о денежных потоках. Хотите инвестировать — посмот­рите, куда течет денежный поток. Внутрь или наружу? Проверьте, умеет ли правление вести учет. Денежный поток — это хорошая стартовая точка, но ни одна отдельная статья никогда не даст вам ответа на вопрос о жизнеспособнос­ти компании.

Помните, что сказал Алан Гринспен:

1. «Многие исследования указывают па крайнюю необходимость повыше­ния финансовой грамотности, недостаток которой делает миллионы американ­цев уязвимыми для недобросовестных приемов в бизнесе».

2. «Информированный заемщик лучше защищен от махинаций и злоупот­реблений».

3. «Школы должны лучше преподавать базовые финансовые концепции в начальных и средних классах».

4. «Финансовая грамотность поможет удержать молодых людей от приня­тия ошибочных финансовых решений, преодолевать последствия которых приходится долгие годы».

Когда я смотрел выступление Гринспена по телевизору, то больше всего мне понравился его акцент на необходимости совершенствования американской ци­вилизации, а принимая во внимание трудности, с которыми мы столкнулись се­годня, финансовая грамотность имеет огромное значение для такого совершен­ствования.

На том же заседании сенатского банковского комитета министр финансов Пол О'Нил сказал: «Чтобы принимать обоснованные инвестиционные реше­ния, люди должны уметь читать, писать и употреблять в разговоре основные финансовые термины. Значение финансовой грамотности повышается по мере того, как все меньше компаний предлагают пенсионные планы с установленной выплатой и ростом числа пенсионных планов, требующих, чтобы работники принимали инвестиционные решения самостоятельно». Слова этих выдающих­ся людей, сказанные в 2002 году, сильно напоминают то, что говорил мой бога­тый папа несколько десятков лет назад. По крайней мере, они испытывают то же беспокойство.

Активы и пассивы

В «Богатом папе, бедном папе» я писал о том, как мой богатый папа учил ме­ня финансовой грамотности, начиная с девяти лет. Мне кажется, одна из причин успеха книги в том, что она практически не поднимается выше уровня понима­ния девятилетнего ребенка. Здесь я предлагаю краткий обзор тем, которые ох­ватывает эта книга. Много лет назад богатый папа рассказал мне, что отчет о доходах и расходах называют еще отчетом о прибылях и убытках или P&L. Богатый папа рассказал мне, что такая форма отчетности называется балансовым отчетом, потому что стороны (активы и пассивы) должны быть сбалансированы. Затем он сказал: "Именно тут большинству людей финансовая отчетность начинает казаться темным лесом". Мой бедный папа искренне считал наш дом активом. Богатый же папа на это сказал: "Если бы твой отец был финансово грамотным, он бы знал, что его дом - это не актив, а пассив".

Богатый папа объяснил мне, что причина, по которой так много людей называют свой дом активом, заключается в том, что он записан в колонку активов. Это значит, что даже экономисты и банкиры называют ваш дом активом только из-за колонки, в которую он записан. Например, ваш дом стоит 100 тысяч долларов; вы заплатили за него 20 тысяч залога и получили под закладную заем в 80 тысяч. В результате ваш балансовый отчет будет выглядеть так:

Разница между активами и пассивами — в чистой стоимости, то есть в сто­имости имущества за вычетом обязательств. В данном случае это ваш залог в 20 тысяч. Балансовый отчет все уравновешивает, бухгалтеры довольны, владелец дома счастлив.

Для большинства людей это все, что они желают знать о бухгалтерском уче­те, причем все они считают, что разбираться в нем долг каждого цивилизован­ного человека. Для многих факт покупки дома и уверенность в том, что это их актив, являются источниками эмоционального комфорта, гордости и уверен­ности в правильности их поведения. Да и звучит слово актив гораздо приятнее, чем пассив.

Обучая своего сына и меня быть владельцами бизнеса и инвесторами, бога­тый папа часто говорил: «Если вы хотите быть богатыми, вам необходимо знать о бухгалтерском учете больше, чем среднему человеку». Начиная с девяти лет, он выводил наше финансовое образование далеко за рамки финансового обра­зования большинства взрослых и делал это очень простым языком.

Однажды богатый папа сказал: «Невозможно увидеть разницу между акти­вом и пассивом, просто глядя на балансовый отчет. Чтобы увидеть ее, вы обяза­тельно должны иметь перед собой отчет о доходах. Без обоих этих документов невозможно отличить актив от пассива».

Чтобы подчеркнуть свою мысль, богатый папа нарисовал для своего сына и меня следующую схему.

Книга «Богатый папа, бедный папа» — это книга об отношениях между от­четом о доходах и балансовой ведомостью, а не только история о двух отцах и двух сыновьях. Без понимания этих отношений легко оказаться обманутым.